Приветствую всех, кто заглянул на мой сайт!

Шайдукова Лейла Казбековна – доктор медицинских наук, профессор, врач-психиатр, нарколог, детский психиатр, психотерапевт. Заслуженный врач Республики Татарстан.

Место работы - Казанский Государственный Медицинский Университет. Почему мой сайт называется “blackside” – в разделе  “О себе

Новости и объявления

Следите за обновлениями сайта.

23.03.2020
Балканы (Рассказ «Освобождение»)
09.12.2019
Текст учебника «Классическая наркология»
18.06.2019
НОВЫЕ АВТОРСКИЕ СТАТЬИ И ПРЕЗЕНТАЦИЯ ПО ТЕМЕ: «АССОРТАТИВНОСТЬ АЛКОГОЛЬНЫХ БРАКОВ» СТАТЬЯ 1 (Социальная и клиническая психиатрия — 2018.- №4)СТАТЬЯ 2 (Социальная и клиническая психиатрия — 2019 — №1)СТАТЬЯ 3 (Наркология — 2019 — №4)ПРЕЗЕНТАЦИЯ
26.12.2017
Тема терроризма в авторских рассказах: «ДЕНЬ В ВЕНЕЦИИ», «ЭПИЛОГ»
06.09.2016
СОЦИАЛЬНО-ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ И МЕДИКО-НАРКОЛОГИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ГОМОСЕКСУАЛИЗМА. — Социальная и клиническая психиатрия.-2016.-№2.-с.86-90 К 70-летию со дня рождения…  «БЕЛАЯ КОРОЛЕВА»
06.09.2016
«ГЕФЕЛТЕ ФИШ», «ЯНТАРНЫЕ БУСЫ», «ДНЕВНИК»
14.03.2016
ФОТОГАЛЕРЕЯ «ПУТЕШЕСТВИЯ ПСИХИАТРА»: ВЬЕТНАМ, КАМБОДЖА, авторские рассказы «РУССКИЙ КАМБОДЖИЕЦ»,
«ЛУЧШАЯ», «ОСЕНЬ».
26.11.2014
Запретные темы в авторских рассказах: «СЕАНС», «ОДИНОКИЕ КОВБОИ», «ЧЕРНЫЙ ПРИНЦ»
Запретные темы в авторских рассказах: «КИШЕН МЕРЕМ ТОХАС», «ДОКУМЕНТАЛИСТ»
Запретные темы в авторских рассказах: «Я НЕ ЖИВУ, Я ВЫЖИВАЮ», «СЧАСТЛИВАЯ ПАРА»«ХУДОЖНИК ВОЖДЯ»
 29.11.2013
Авторский рассказ  «Зовите меня Ириной»
08.07.2013
Фотогалерея городов мира: КАЗАНЬ
14.03.2013
Тема «БЫВШИХ ШПИОНОВ НЕ БЫВАЕТ» из «Библиотеки психоаналитического рассказа»:».ФРАГМЕНТ 1,  ФРАГМЕНТ 2,ФРАГМЕНТ 3.
14.03.2013
Статья «ИСТЕРИЧЕСКИЕ  ДЕПРИВАЦИОННЫЕ  МАНИПУЛЯЦИИ:МЕХАНИЗМЫ, ФЕНОМЕНОЛОГИЯ, КОРРЕКЦИЯ» («Неврологический вестник, 2013, №1)
25.12.2012
ИЛЛЮСТРИРОВАННЫЕ «ЗАМЕТКИ»
23.07.2012
ИЛЛЮСТРИРОВАННЫЕ  АВТОРСКИЕ РАССКАЗЫ. «КЛИЧКА «МАТРОС» и «ГЕЙ-СЛАВЯНЕ» из сборника «Открывая матрешку»
09.06.2012
По просьбе родителей детей аутистов выставлен рассказ «ПОКОЛЕНИЕ  ИНДИГО» и авторская статья «ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЕ СИМПТОМЫ-МАРКЕРЫ РАННЕГО ДЕТСКОГО АУТИЗМА И ПОДХОДЫ К ПСИХОТЕРАПИИ»

«Умственная отсталость и задержка психического развития»

zoom_1.mp4 (104856290)

«Тревожные расстройства. Депрессии»

https://yadi.sk/d/Uk2mSSzMayfFeg

«Расстройства личности»

https://yadi.sk/d/zmghrOb4WgcWOA

 

Лекция 17.09 2 поток

https://cloud.mail.ru/stock/h4UKrxjZSdWfQ7PKXmWj9ddL

 

«Общая психопатология. Часть 1»

https://yadi.sk/d/hDPlDFhg7ICqwg

Соматоформные расстройства 1. Часть 1

https://yadi.sk/d/7fl17Bx3lysSBg

https://yadi.sk/d/JSI4MopJQiKp2Q

 

«ДЕМЕНЦИИ. БОЛЕЗНЬ АЛЬЦГЕЙМЕРА»- часть 1,2

https://cloud.mail.ru/stock/dV3fWZfBCHm5mDQBfegyBtLo

 

Балканы

Сербия, Босния и Герцеговина, Хорватия, 2019

Поездка на Балканы включала посещение стран бывшей Югославии — когда-то самой процветающей из лагеря «социалистического содружества». Память выдала расширенный ассоциативный ряд. Вспомнился роман Алексея Толстого «Хождение по мукам», в котором адвокат Смоковников пафосно и с наслаждением обсуждал «пресловутый балканский вопрос»; начало Первой Мировой войны и значение убийства эрцгерцога Фердинанда в качестве запускающего механизма; расцвет и объединение балканских стран в эпоху социализма (кому расцвет, а кому – репрессии); распад Югославии, кровопролитная гражданская война, бомбежка Белграда западными «миротворцами». Было ясно, что впереди ждет необычное путешествие. Так и оказалось.

СЕРБИЯ.
БЕЛГРАД

Дорога оказалась очень живописной. Вообще по Европе надо ездить либо в комфортабельном автобусе с хорошим обзором (лучше у туроператора бронировать место спереди, прямо позади водителя – тогда будет видна панорама, а она на Балканах постоянно меняется), либо в открытом кабриолете, так как здешняя природа – отдельное наслаждение. Горы и долины, реки с берюзовой водой и мосты, пронзительно синее небо и одинокие белоснежные домики, утопающие в цветах. Именно в дороге видно, какой край финансово благополучный, а какой все еще переживает последствия войны. Проезжая Сербию, видишь много пустующих и полуразрушенных домов, и становится немного грустно.

Не вдаваясь в исторические подробности, коими изобилует Интернет, слегка коснусь туристических объектов. Гид — молодой парень из местных – провел пешеходную экскурсию по нескольким тематическим местам: старой Белградской крепости начала тысячелетия, окруженной зеленым парком и открывающей великолепный обзор на слияние рек Савы и Дуная; храму Святого Саввы конца девятнадцатого века (недостроенному, но действующему); музею Иосифа Брос Тито, который все еще популярен у сербов. Поездка на открытом автобусе дала возможность увидеть разнообразие Белграда — дома со следами натовских бомбежек 1999 года, специально сохраненные для потомков, чтобы помнили о постигшем ужасе (это в конце двадцатого века!); легендарный для Сербии стадион имени Райко Митича, а также очень старый стадион «Партизан» с многочисленными граффити. Для проведения свободного времени туристов оставляют на пешеходной улице князя Михаила (аналога улицы Рамбла в Барселоне, может, чуть скромнее). Здесь все по-европейски: рестораны, магазины, художники, фонтаны. Несомненно, Сербия больше всех пострадала после распада единой страны – здесь нет того развитого «приморского туризма» как в Хорватии и Черногории, а промышленность уже не имеет прежнего имперского размаха, тем более после международных санкций. Тем не менее, была найдена ниша, где страна стала лидером – это информационные технологии. Словом, Сербия постепенно выправляется. У сербов есть национальный герой – это Никола Тесла, однако сегодня не менее популярны знаменитые деятели кинематографа – режиссер Эмир Кустурица, актеры Гойко Митич, Милла Йовович, Милош Бикович.
Впереди ждали Босния и Герцеговина.

БОСНИЯ И ГЕРЦЕГОВИНА
САРАЕВО

Сараево – один из самых живописных городов. Даже не верится, что рядом с текущей рекой, раскинутыми мостами, восточными базарами и западными, в австро-имперском стиле домами могло быть совершено кровавое преступление. Убийство эрцгерцога Фердинанда и его жены Софи изначально было каким-то фатальным и необъяснимым – не туда поехали, шофер перепутал дорогу, заехал в узкую улицу, где случайно оказался террорист Гаврила Принцип из организации «Млада Босна». Первое покушение сорвалось, но по стечению обстоятельств, второе – удалось. Пришло время написать банальную фразу: «От судьбы не уйдешь». Так, 28 июня 1914 года в этом небольшом городке состоялось событие, которое положило начало Первой Мировой войне. Отношение к Принципу менялось – от полного порицания его террористической позиции до преклонения его позиции националистической. О нем написаны книги, поставлены фильмы, установлен памятник и мемориальные доски. Вот такие дела…
А сам город прекрасен, теперь это туристический объект – очень красивый в летний солнечный день. В путеводителе так и написано: «Обзорная экскурсия по невероятно живописному Сараево – столице Боснии и Герцеговины, шумному, пестрому, одновременно восточному и западному городу: османский район Башчаршия, площадь Себиль, средневековые турецкие мечети и дома знати, европейские кварталы австро-венгерской эпохи, знаменитый Латинский мост». Все так и есть. Здесь началось мое знакомство с боснийским кофе. Хорош!

Мостар

Чудесный город – неофициальная столица Герцеговины, был разделен на две части. Одна, мусульманская, находилась по одну сторону Старого моста, другая – католическая – по другую. Водораздел по реке Неретве оказался в начале 90-ых годов 20 века роковым, так как единая страна расщепилась на боснийскую и хорватскую территории, которые объявили себя независимыми друг от друга и начали гражданскую войну. Но, когда сербы решили восстановить «право собственности» и завоевать Мостар, произошло объединение боснийцев и хорватов – сербов изгнали. (По дороге в Боснию мы посмотрели фильм «Ничья земля» — лауреат премии «Оскар» за лучший фильм на иностранном языке. Кинолента рассказывала о судьбе двух молодых солдат – серба и боснийца, которые по воле войны оказались в одном окопе. Трагичная история, которая безжалостно подчеркивает бессмысленность кровопролития. Символичны последние кадры: раненый босниец лежит на мине – любое движение, и она разорвется. Вокруг суетятся люди из ООН, военные чиновники всех рангов, но выхода нет – разминирование невозможно. Все уходят. Парень остается один и медленно умирает).
Этот «конфликт» разрушил бо’льшую часть исторических зданий, и сегодня мы видим остатки былого процветания края. Впрочем, и они прекрасны. Мечети, крепости, узкие улицы, восстановленный Старый мост, сторожевые башни, восточные бани, цветистые базары с местным колоритом – и все это в зелени, под ярким солнцем, которого вокруг в изобилии. А еще здесь варят отличный кофе.

ХОРВАТИЯ
Загреб

Это второе посещение Загреба – первое, в 2008 году было грустным, так как город еще не оправился после гражданской войны девяностых годов. Тогда мы гуляли по темным улицам, рассматривая дома со следами ракетных обстрелов, провожая закат со смотровой площадки и беседуя с женщиной-гидом о нелегкой доле, выпавшей некогда процветающей Югославии. Казалось, разруху не победить, но уже в следующее посещение, летом 2019 года все изменилось – восстановленный город стал прекрасным туристическим объектом. Городу 925 лет. Когда-то он состоял из двух самостоятельных поселений – Градеца и Каптола, которые в середине 19 века были объединены Елачичем в стольный город Загреб. Его именем названа центральная площадь столицы Хорватии, сооруженной в имперском стиле монументализма – фонтан Мандушевац, памятник Елачичу, помпезное здание банка, а мимо проезжают длинные трамваи из трех вагонов. Гид сказала, что «при коммунистах» это была площадь Республики, памятник был демонтирован и фонтан не работал – запустили его только к летней Универсиаде 1987 года. Сейчас историю срочно пересмотрели: Елачича из «угнетателей венгерского народа» (подавил восстание) перевели в «отца нации». В общем, перестроились. Хорош Загребский кафедральный собор, ровесник города, — его видно отовсюду (он в нижнем городе). Рядом находится сторожевая башня собора, сооруженная для защиты во времена нашествия Османской империи. Интересна по архитектуре церковь Святого Марка (она в верхнем городе) с мозаично-черепичной крышей, на котором выложен герб королевства Хорватии, Далмации и Славонии. Она находится на одноименной площади, окруженная государственными учреждениями. Примером средневекового поселения стала улица Илица – узкая, с ремесленными лавочками. Что касается вида города с вышеупомянутой смотровой площадки, то он прекрасен.

ДАЛМАЦИЯ

Это историческая область, поделенная в 1945 году между Хорватией и Черногорией, которая тянется по берегу Адриатического моря на 400 километров. Чем только она не была! И провинцией, и республикой, и княжеством, и королевством, и губернаторством. Бессмысленно пересказывать историю – это такой котел, в котором перемешаны различные составные части. Достаточно сказать, что Далмация вошла в состав Хорватии по решению Гитлера и Муссолини в 1941 году – тогда начался геноцид других народов, устроенный усташами. В 1995 году изгнание «инородцев» закончилось полной победой местных националистов во главе с Туджманом. (Прав был адвокат Смоковников — в такой котел лучше не лезть).
Сейчас это благодатный край – курортный и туристический рай, разделенный на три части. Помню, в 2008 году отдыхала неделю в чудесном отеле в городе-порте Сельце, а рядом был городок Цирквеница. Регион назывался Кварнером и находился между Истрией и Далмацией. Удивила прозрачность Адриатического моря, потом оказалось, что мелкогалечным пляжам присвоен Голубой флаг за чистоту моря. А еще понравилась хорватская кухня – свежая рыба и много овощей.
Наиболее популярна Средняя Далмация. Лазурное вода, прибрежная галька, сосны, стрекот цикад, запах смолы на нагретом воздухе, раскиданные по побережью живописные города и деревушки. Здесь мы остановились на четыре дня, отсюда по утрам ездили на экскурсии в города Сплит, Трогир и Шибеник.

СПЛИТ

Сплит считается центром Далмации – и по расположению, и по значимости. Он занесен ЮНЕСКО в книгу памятников мирового значения и полностью оправдывает эту честь. Здесь все посвящено истории, достаточно давней, датируемой 305 годом нашей эры, когда римский император Диоклетиан построил дворец. Вот по его узким тенистым ходам, названным улицами, мы и бродили жарким летним днем. Это удивительное сооружение, занимающее три гектара, являлось и дворцом, и военным лагерем, и одновременно городом. Там укрывались жители соседних городов от нашествия славянских племен. В нем было более двухсот зданий. Дворец императора Диоклетиана, Сплитский собор, храм Юпитера и множество жилых помещений сохранились до сих пор. Внутри рестораны, кафе, сувенирные лавки и обычные квартиры. Примечательно, что этот дворец послужил декорацией к телесериалу «Игра Престолов». Город еще славен своим портом – вторым после Риеки.

ТРОГИР

Город находится в получасах езды от Сплита, расположен на островке, по площади занимает всего 35 кв.километров при числе жителей в 13 тысяч. Ему свыше 4 тысяч лет. Не город, а само очарование, так как историческая его часть — это закрытая крепость с башнями, дворцами, соборами, узкими мощеными улочками, гладко-зеркальными и отполированными. Конечно же, город внесен в список Всемирного наследия Юнеско (как иначе!). Попасть в него можно со стороны порта, через Северные ворота, пройдя мимо статуи покровителя города и фрагмента старинных городских стен. А дальше окунаешься в средневековье. Каждый век отметился чудесным архитектурным шедевром: XIII –княжеским дворцом и храмом Иоанна Крестителя, XIV – церковью доминиканцев, XV – дворцом Чипико и городской ратушей, и все средние века объединяет Собор Святого Лаврентия, строившийся три столетия. Запутанный лабиринт улиц очень напоминает Венецию – итальянское влияние повсюду, но город связывают с именами Ромео и Джульетты. Гид сказал, что на центральной площади велись съемки одной из версий одноименного фильма. Действительно, эта площадь просто создана для рассказа истории двух влюбленных: часовая башня, церковь Святого Себастьяна с лоджией, собор Святого Лавро, дворец Чипико с неоготическими венецианскими окнами и балконами – все будто из итальянского средневековья (город был завоеван венецианцами в 1420 году и 377 лет находился под контролем Венеции). Но фильм, вероятно, здесь не снимали – в интернете ничего об этом не написано.
Историческая часть соединяется с материковой через деревянный мостик, под которым по каналу Фоша плывут катера и яхты. Он ведет к городскому базару, где торгуют фруктами, овощами и сувенирами.

ШИБЕНИК

В интернете написано: «Шибенек – королевский отдых». Это правда. Городу скоро исполнится 1000 лет – небольшой возраст для Адриатики. Он считается довольно крупным – 37 тысяч населения. Река Крка, море, солнце, яхты, отели, парки – все присутствует. Город можно назвать не только курортным, но и историческим, так как здесь есть, что посмотреть: две крепости, собор, монастырь франсцисканцев, здание ратуши, пятисотлетняя церковь. Историческая часть расположена на склонах, которые спускаются к морю. Улицы узкие, замощенные отполированным камнем, с выходом на главный Собор Святого Иакова.
Он очень красив – белокаменный, массивный, строился больше столетия, запоминается 74 головами с гневным выражением (лента опаясывает нижнюю часть, так что разглядеть лица нетрудно – ни одно не повторяется). Есть версия, что это наказание для должников – увековечивание в камне. Знаменитый архитектор и скульптор Юрай Долматинец построил собор без единого кирпича, целиком из камня. Купол собора достраивали уже другие архитекторы. Его статуя находится на соборной площади.

Три города Средней Далмации запомнились по-разному: Сплит – грандиозной крепостью римского императора Диоклетиана, Трогир – средневековым обаянием в стиле «Ромео и Джульетты», Шибенек – уникальным собором Святого Иакова.

КВАРНЕР (Риека, Сельце, Цирквеника)

Я уже упоминала об этом регионе – он раскинулся между Долмацией и полуостровом Истрия. Проведя неделю в Сельце, я просто влюбилась в хорватскую кухню. Городок был невелик, но уютен. По вечерам играл духовой оркестр, отдыхающие сидели в летних кафе, потягивая вино или пиво. Днем купались прямо с каменных причалов, взрослые учили подростков вставать «под парус», в местном базарчике торговали сувенирами. А еще здесь хорошо складывались строчки будущей книги (Л.К.Шайдукова. «ОТКРЫВАЯ МАТРЕШКУ», 2006)

Освобождение.

Теплый летний вечер особенно хорош у моря. Зиля сидела в пластмассовом кресле рядом с полосатым зонтом и думала о том, что это одно из лучших ощущений, которые она когда-либо испытывала – тишина и покой. Вспомнилось детство и другое море, куда ее привозила мама из жаркого пыльного Ташкента: каменистый пляж, деревянные топчаны, тенистые навесы, фонтанчики с пресной водой, серебристые эскимо, газировка из красных автоматов, мамино бикини, пляжный хит «У моря, у синего моря!», а вокруг смеющиеся счастливые лица. Юность нации.
Она услышала сбоку чью-то беседу:
— Проехались по Венгрии, иначе как «оккупантами» нас не называют. Терпят, потому что мы им оставляем свои деньги. В Праге отношение получше, хотя и там мы наследили своими танками.
— Мадьяры! – последовал философский ответ. — Свободолюбивый народ, их даже татары толком завоевать не смогли.
Зиля покосилась на говорящих – два толстяка допивали канистру местного вина, из моря к ним вышел третий. Втроем они выглядели комично, напоминая героев известной сказки советского писателя. «В цифре «три» есть что-то мистическое, притягательное», — подумала Зиля. — “Три толстяка”, “Три богатыря”, “Три товарища”, “Три мушкетера”, а в поговорках тоже: “Бог любит троицу”, или “Третий лиший”. Определенно, с тройкой что-то связано – надо посмотреть в нумерологии».
Неподалеку женщина примерно ее возраста просматривала записи на телефоне:
— Ну вот, опять он со своей любовью! – скривила губы соседка. Было заметно, что ей хочется поговорить.
— Это же хорошо, когда тебя любят, — улыбнулась Зиля.
— Нет, — серьезно ответила женщина, — хорошо, когда ты испытываешь чувства.
— И совсем замечательно, если любовь взаимна, — подвела итог Зиля.
— Разве так бывает? – усомнилась собеседница. — Ах да, в молодости, просто я забыла. Тридцать лет в браке, двое детей, ни одной измены — моей, конечно. Привыкла.
— Нет, просто такой вид любви. Тишина и покой, — сказала Зиля.
Она посмотрела на море. Солнце медленно опускалось за горизонт, осветив его розовым светом, лаская последними лучами водную гладь, отражаясь мерцающими бликами и обещая вернуться утром. Морской бриз навевал умиротворение. За каменистым пляжем, прямо над отвесной стеной росли кипарисы, южные растения, чьи жесткие, глянцево лоснящиеся листья тысячелетиями впитывали солнечную влагу Адриатики. Прямо за дорогой под алыми черепичными крышами террасой к морю уютно расположились двухэтажные дома – их окружали сады из инжирных, оливковых, каштановых деревьев, дикого винограда. От них исходил пряный аромат. Вдохнув душистый, нагретый за день воздух, Зиля закрыла глаза. Сверху откуда-то упал зеленый плод. Зиля надкусила и понюхала сочную мякоть незрелого инжира.
— Любите растения? – послышался голос соседки.
— Люблю, и вид, и запах, — ответила Зиля.
— А я пять лет назад стала сажать цветочные клумбы – алые, белые, розовые. – Глаза женщины молодо заблестели. – Я их так люблю! Готовлюсь всю зиму, выращиваю рассаду, а это очень даже непросто! Иногда ростки такие слабые, что я их поливаю из пипетки, даже приспособилась подкармливать через инсулиновый шприц. Весной мой муж погружает все в машину и везет на дачу. Иногда делает пять-шесть поездок — так много однолеток.
— А не проще ли посадить многолетние растения? — спросила Зиля.
— Нет, сад должен быть каждый год разным! Мы живем в северных широтах, и цветет он не больше месяца. Но этот месяц мой! — Женщина счастливо засмеялась. – Никогда бы не подумала, что стану садоводом, но последние пять лет только этим и живу.
Зиля внимательно посмотрела на нее и тихо спросила: — Тогда что-то случилось?
— Да нет, ничего не особенного, — пожала плечами соседка. – Сын женился, дочь ушла к гражданскому мужу – все в порядке. Правда, мне пришлось бросить работу, но на дому я зарабатываю не меньше – делаю отчеты разным фирмам. А почему Вы спросили?
— Любовь к цветам – неожиданная, необъяснимая, совершенно внезапная. Вы рассказываете о них, как о возлюбленном.
— Хотите сказать, что цветами я заполняю пустоту? — Женщина была неглупа.
— Громко сказано, не пустоту, а недостаток любви. А может, убираете боль.
Собеседница кивнула головой.
— Пять лет назад я проснулась утром, посмотрела на мужчину, который лежал рядом и впервые его увидела. За завтраком я заметила, что у него пухлые, как у ребенка, губы, а я люблю тонкие, мужественные. Он откусил яблоко, жадно вгрызаясь зубами в мякоть. Этот процесс был отвратительным. Он встал и направился в туалет на своих коротких кривых ножках. Как я раньше этого не замечала! Потом он вышел – впереди у него был плотный живот. «Ты похож на крабика», — сказала я тогда.
Женщина замолчала, вглядываясь в темноту. Побережье осветилось огнями, море в ответ заиграло отраженной иллюминацией.
— А потом я заметила, что муж постоянно вертит в руках мобильный телефон. Мне понадобилось всего несколько минут, чтобы проверить его содержимое. Там была куча сентиментальных посланий. Моему «крабику» писали нежные слова любви, а он – старый, раскисший от чувств Ромео, отправлял пламенные ответы. Вычислить его Джульетту было несложно – это подчиненная, одинокая бездетная женщина средних лет. Конечно же, она хотела семью и ребенка, конечно же, мой толстый «крабик» был ее последней надеждой.
А однажды он нарядился, надушился и отправился на встречу «иностранцев». Я злорадно следила за его приготовлениями, и чуть не расхохоталась, увидев его взволнованное лицо. Мой пузатик был влюблен! Сев в машину, он поехал к вокзалу. Я поймала такси и рявкнула: “Вперед, за серой Маздой!”. Шофер азартно взглянул на меня: “Будет сделано!”, и мы поехали вслед за нашей машиной, чуть не врезавшись в ее бампер, когда мой благоверный вышел купить цветы. Это были розы – моего любимого, нежно-персикового цвета! На вокзале он торжественно направился к поезду, выставив перед собой букет. Шофер такси покачал головой и пробормотал: “Однако, прихватило мужичка нешуточно”. Я в ярости посмотрела на болтливого водителя и приказала: “Ждите здесь, скоро вернусь”. Открыв рот, он выдохнул: “Уважаю, моя бы так”.
Дальше было как в замедленном кино. Муж плавно двигался в сторону прибывшего поезда; оттуда, сияя от радости, вышла навстречу его возлюбленная. Они приближались друг к другу, распахнув объятия, — уже слышалась французская мелодия за кадром, повествующая об истории их любви. Он оказался ниже ее ростом, но до губ все же дотянулся. Не спеша, подойдя сзади, я слегка хлопнула его по плечу. Такого выражения на его лице не возникало ни разу за все тридцать лет нашего брака. Выставив вперед большой палец, я, как Волк из мультфильма, сказала: “Во!”.
В положенное время он не вернулся. В телефоне зазвучал его оскорбленный голос: «Ты меня унизила и делала это все годы нашей совместной жизни». В холодном бешенстве я отчеканила: «Если ты не придешь через двадцать минут, через тридцать уже будет поздно!». Ровно через двадцать минут он был дома.
На набережной послышались звуки оркестра – исполняли известную джазовую композицию.
— Хорошо играют, — задумчиво произнесла Зиля. – “Серенада солнечной долины”, любимый фильм моей мамы.
Они молча сидели в креслах, слушая нежную мелодию, потом Зиля сказала:
— Это саксофоны, в шестидесятых их называли “сексофонами”. Мой дядя был стилягой, он носил короткие брюки-дудочки, клетчатый пиджак, лакированные остроносые туфли, которые пришли вслед за ботинками на толстой платформе. Он часто напевал «Чучу» и был полон оптимизма. Как и вся страна.
Она еще раз вдохнула надрез инжира и спросила:
— В жизни так много интересного, почему все-таки растения?
— Не знаю, — покачала головой женщина. – Ни любовник, ни собака, ни внук. Правда, не знаю. Мы приезжаем в сад, сажаем растения, поливаем их, муж что-то мастерит, а потом ужинаем на крыльце. Вокруг пахнет цветами.
— Может, рядом с растениями к Вам возвращается любовь? — спросила Зиля.
— Нет, просто в саду он меня меньше раздражает, — ответила женщина. – Теперь я свободна, делаю, что хочу – вот, поехала на Адриатику. А муж закидал любовными эсэмэсками. – Она протянула мобильный телефон.
— Нет, это интимное, личное, как чужие письма, — отказалась Зиля.
Из темноты, слегка пошатываясь, вышел мужчина. В руках он держал кувшин местного вина.
— Отдыхаешь, Лева? — В голосе Зили слышалась укоризна. — Очень насыщенно, а главное – со смыслом.
— Одна женщина-психолог, не глупее тебя, между прочим, сказала, что в жизни нет смысла, а только процесс, поэтому можно делать все. — Он покачнулся и осел в соседнем кресле. – Сейчас у меня процесс дегустации красных сухих вин.
— Что-то затянулся твой процесс, — устало произнесла Зиля.
Лева улыбнулся, на его щеках обозначились милые ямочки.
— Все учит, — повернулся он к незнакомой зрительнице. – Откровенно подавляет. Просит взять ее замуж, а у меня на брак идео-син-кразия. – Последнее слово далось ему с трудом. – Требует, чтобы я защитился.
— Не может прочитать готовую работу, — вставила свою реплику Зиля. — Как только подходит срок защиты, так у нашего мальчика возникает социофобический кризис, и он от страха убегает в запой.
Лева отхлебнул вина прямо из бутылки и шутливо прикрикнул:
— Молчи, женщина! Вы с мамой разрываете меня на части, каждая со своей стороны. Она хочет видеть меня кандидатом наук. Это очень важно для еврейской мамы, чтобы ее сыночек был остепенённым. Но еще важнее, чтобы он женился на еврейской женщине.
Зиля возмущенно покачала головой.
— Семитский домострой! Итта Наумовна однажды уже выбрала тебе невесту, и где та сейчас? Укатила с дочкой в Америку! – Она повернулась к своей собеседнице. – Мы росли все вместе в Ташкенте. Его сестра, Эмма, была моей лучшей подругой. Потом Москва нас разлучила. Встретились уже зрелыми людьми – Левка тоже оказался психиатром. Мы близки, по-настоящему близки, но его родня уперлась. А началась вражда с его бабушки – Фаина Моисеевна всегда меня недолюбливала.
— А может, Лева сам этого не желает, а родня – всего лишь прикрытие? – спросила женщина невинным голосом.
Зиля убито молчала. Через минуту в тишине послышался храп: Лев Вениаминович, откинув спинку кресла, мирно спал под стрекот цикад.
— Вот так и живем, — кивнула головой Зиля. – Вам легче, Вы свободны от любви, а каково мне?
Они неспешно поднялись по лестнице на набережную и побрели под оранжевым светом фонарей туда, где играл оркестр.
Лева спал недолго. Во сне он видел пылающее марево над городом своего детства, маленького ослика, который едва передвигался от жары; весело бегущих девчонок – сестру и ее подругу; двух бабушек, едва поспевавших за ребятней. Он слышал детский смех и строгий оклик молодой мамы из окна хрущевки (“Эмма, Лёва, домой, пора заниматься!”), звуки пианино и влажный шепот Зили – прямо в ухо: “Лучше тебя никого нет”. Он проснулся – счастливый и растроганный, посмотрел на звездное небо, отражающееся в море, и, поколебавшись, разделся. Вода была теплой и ласковой. Она его приняла сразу, целиком – как женщина. Лева плыл в темноте, тихо улыбаясь, и чувствуя себя удивительно свободно. Выпитое вино приятно бродило в голове, тело казалось податливым и послушным. Сначала пропала музыка, потом свет, небо и море слились в одну массу, но возвращаться по-прежнему не хотелось.

ИСТРИЯ
Риека

В Риеку мы прибыли поздно вечером, а уехали после завтрака. Типично «отельное посещение», каких было немало. Приезжаешь в новый город, выкатываешь чемодан, идешь на ресепшн, берешь ключи, заходишь в номер, кидаешь вещи, включаешь телевизор и — быстро в душ. Несмотря на усталость, сон приходит не сразу, поэтому рассматриваешь фотографии, сделанные за день, а в последние годы еще и выставляешь их в Инстаграме, подкармливая свой нарциссизм. Ну, может, сохраняя их для одинокой старости… Встаешь спозаранку, чтобы обежать прилежащие улицы, постоять в еще сыроватом утреннем воздухе и почувствовать ауру города. В Риеке она морская, потому что над речными каналами летают чайки, пахнет рыбой и портом. Потом гид скажет, что здесь причаливают яхты со всей Европы и остаются на зимнее время. Все дело в дешевизне: европейцы – народ экономный. Сфотографировав все до последней птицы, возвращаешься на завтрак. Отели бывают разные, но «Континенталь» особенный, несмотря на скромные три звезды. Здание выглядит весьма фешенебельно, оно построено в девятнадцатом веке в стиле австро-венгерского «монументализма». Таких много в Вене и Будапеште. Как же я люблю отельные завтраки! Это что-то особенное, придающее дополнительную привлекательность путешествиям. Дело даже не в том, что чувствуешь себя «европейкой» (этот аспект мне безразличен), а в непередаваемом шарме утренних гастрономических фетишей: поджаренные хлеб или круасаны, свежевыжатый сок, кофе, молоко в молочнике, порционное масло, крошечные квадратики джемов. А еще фрукты, мюсли, каши, омлет, салаты – выбор большой. В Риеке все было отлично: скатерти накрахмалены, салфетки огромные – с нарядными позументами, официантов не видно. (Иногда устаешь от «русского менталитета» — сама такая! — хочется остаться в европейском холодном безразличии. Однако долго пребывать в нем тоже тяжело, так как тянет к родным скандалам, проблемам и главной неразрешимой теме: что делать и кто виноват).

ПУЛА

Это запоминающийся город. Первый на Адриатике, возведенный в эпоху Древнего Рима, хотя считается, что древние греки опередили – Пула упоминается в легендах Эллады о золотом руне. Однако именно римляне сделали этот город процветающим – с памятниками архитектуры, форумами, театрами, храмами, водопроводом, именно их и посещают туристы. Пула — это грандиозный амфитеатр, построенный одновременно с римским Колизеем; храм Августа на главной площади Форума, разрушенный, но восстановленный после Второй мировой войны; античные ворота в город – двойные и Геркулесовы, Кафедральный собор, Триумфальная арка, а также развалины римского театра. (Впервые об этом городе я услышала в фильме Тинто Брасса: девушка из Пулы, по прозвищу «Перчинка» – «Паприка». То было время расцвета эротического кино, которое мы – жители бывшего Союза впервые для себя открывали).

РОВИНЬ

Очень веселый городок. Белоснежные или желто-красные дома с черепичными крышами, пляжи, яхты на приколе в порту (гид сказал, что сюда регулярно наведываются русские олигархи), дорогие отели – все это доступно для досуга в стиле Luxery, но здесь кроме пляжно-курортного отдыха есть, что посмотреть. Небольшой очаровательный городок на холме, где живет около пятнадцати тысяч жителей, имеет четко очерченный исторический центр – в виде капли. Когда-то это был остров, но потом сделали перемычку, и теперь это «песочные часы». В Хорватии он считается «одним из девяти крупнейших», так как есть совсем уж крошечные городки. Здесь нет противостояния представителей различных национальностей — всех много, поэтому жители городка называют себя «истрийцами». Все очень мирно, многонационально. Крутые каменные спуски, лестницы, щели из домов, сквозь которые сияет море, — экскурсия увлекательная, но опасная (надо надеть подходящую обувь). Конечно же есть центральная площадь имени Тито, городская ратуша с часами, арка Балби со львами и турком — напоминание о Венецианской Республике.
На самом высоком месте находится церковь Святой Евфимии. Это местная великомученица, пострадавшая за свое христианское вероисповедание. Ее бросили на растерзание львам, и это можно разглядеть на соборных фресках. В день ее смерти, 16 сентября, паломники идут к ее саркофагу, который был вначале в Константинополе, но потом пропал, появившись вновь уже в Ровине. Христиане восприняли это явление как чудо. Колокольню собора, самую высокую в Истрии, видно со всех точек города. Есть еще пятиметровая медная статуя мученицы – прямо на колокольне.

ПОРЕЧ

Маленький городок – 7,5 тысяч населения, но это с российской точки зрения. В Хорватии (Истрии) есть город-крепость Хум, расположенный в гористой местности, в котором проживает всего 72 человека. Историческая часть Пореча состоит всего из трех улиц. Зато каких! Они буквально напичканы византийскими реликвиями, расположенными на территории древнеримского города. Во втором веке до нашей эры во времена императора Октавиана это был римский военный лагерь, потом поселение, а на пике процветания Римской империи стал городом. Улицы прямые, главная – Декуманус ведет к площади Марафор, где и был расположен Форум. Но наиболее сохранившаяся достопримечательность – это Евфразиева базилика шестого века с византийской мозаикой. Она выглядит необычно в старой Европе. Можно констатировать, что это достаточно гармоничное сооружение, так как вокруг много разномастной эклектики из-за постоянных перестроек. Примером служит Романский дом, который является вторым по «древности» после базилики: нижняя каменная часть построена еще в тринадцатом веке, а верхняя, деревянная – в веке восемнадцатом. Другой пример – Истрийский парламент, который был вначале был церковью, потом монастырем, потом францисканским храмом, а во времена владычества Австро-Венгрии стал учреждением с характерной барочной лепниной. Три башни – Пятиугольная, Круглая и Северная — с исторической точки зрения совсем «молодые», так как построены в середине пятнадцатого века.

ПЛИТВИЦКИЕ ОЗЕРА

Полагаю, что это самые красивые места Хорватии – 16 озер объединенных 92 каскадами водопадов. Растительность богатая, вода чистая, форель водится, но посещение этого уникального мирового памятника природы (согласно решению ЮНЕСКО) далеко от комфорта. Огромное число туристов, километровые очереди, длинные цепочки на мостиках, переходах – и все это под жарким балканским солнцем. Билеты недешевые (особенно у гидов), так что «озера», вероятно, являются значительной статьей дохода этого края. Все же знакомство с природой требует уединения – это же не памятники!

Не хотелось бы завершать свое описание негативной репликой. Путешествие было замечательным – Балканы не подвели. Не хватило сил на посещение Дубровника, а также Национального парка «Корнаты», так как информации было так много, а впечатления наслаивались друг на друга так плотно, что захотелось обычного незамысловатого отдыха на берегу Адриатического моря.

ПРЕЗЕНТАЦИЯ

СТАТЬЯ 3 (Наркология — 2019 — №4)